kozlachkovich (kozlachkovich) wrote,
kozlachkovich
kozlachkovich

Точки опоры (Продожение)

Актуально ли для России создание сети военных баз за рубежом?

Согласно подписанному 14 октября 2016 г. президентом России Владимиром Путиным Федеральному закону №376-ФЗ «О ратификации Соглашения между Российской Федерацией и Сирийской Арабской Республикой о размещении авиационной группы Вооруженных Сил Российской Федерации на территории Сирийской Арабской Республики» авиационная группа ВКС России будет размещаться на территории Сирии бессрочно. Следующим шагом станет создание на базе действующего сегодня 720-го пункта материально-технического обеспечения ВМФ РФ в сирийском Тартусе полноценной военно-морской базы.

Владимир ЩЕРБАКОВ
В ЗОНЕ НАЦИОНАЛЬНЫХ ИНТЕРЕСОВ РОССИИ

А что же Россия? Конечно, нам в этом плане не сравниться с США и их союзниками, но все же позитивные подвижки в вопросе создания сети зарубежных военных баз и пунктов базирования (МТО), необходимых для отстаивания национальных интересов страны в тех или иных регионах, уже есть.

В настоящее время Москва располагает рядом военных баз, пунктов базирования (МТО) и отдельными военными объектами в таких государствах, как Армения (крупная база), Белоруссия, Казахстан, Киргизия (крупная база), Сирия (фактически две базы) и Таджикистан (крупная база), а также в частично признанных странах: в Абхазии (крупная база), в Приднестровье (значительные по запасам склады вооружения и боеприпасов) и в Южной Осетии (крупная база). Российские военные также имеют разрешение на использование в своих целях – для дозаправки топливом, выполнения ремонта и пр. – ряда объектов военной и гражданской инфраструктуры и в других странах, таких как, например, Вьетнам. Имеются неподтвержденные официально сведения о наличии возможности использования российскими ВКС по целевому предназначению и одной из авиабаз ВВС Ирана.

Возвращение России в Сирию оказалось неожиданным для наших зарубежных «партнеров».

Как видим, с географической точки зрения военные базы и пункты базирования ВС РФ расположены в основном в Закавказье (в более широком плане – в географическом регионе Кавказ) и в Центрально-Азиатском регионе, что обусловлено характером угроз, исходивших в недавние годы для России с этих направлений и усилившихся в последнее время с ростом активности международного терроризма на Большом Ближнем Востоке.

В частности, 7-я объединенная военная база ВС РФ в Абхазии численностью порядка 4000 человек, 102-я военная база ВС РФ в Армении численностью личного состава порядка 5000 человек и имеющая в своем распоряжении достаточно мощную группировку авиации и средств ПВО, а также 4-я военная база ВС РФ в Южной Осетии численностью около 4000 человек представляют собой первую линию эшелонированной обороны со стороны Кавказа, позволяя обеспечить надежную защиту южных рубежей России и укрепить позиции Москвы в этом регионе, изобилующим очагами напряженности и «горячими точками».

В свою очередь, размещенная в Киргизии 999-я авиабаза (авиабаза Кант), где дислоцирована компактная авиагруппа, и дислоцирующаяся в Таджикистане 201-я военная база ВС РФ, численность которой составляет около 7500 человек, позволяют обезопасить южные рубежи России со стороны Центрально-Азиатского регионального направления и дают Москве возможность упрочить в последнем свое геополитическое влияние. Кроме того, в Киргизии российские военные располагают имеющими важное значение испытательной базой торпедного оружия на Иссык-Куле, специальной сейсмической станцией, работающей в интересах ВС РФ, и 338-м узлом связи ВМФ «Марево», обеспечивающим связь ГШ ВМФ РФ с находящимися на боевом дежурстве подводными лодками, а в Таджикистане – оптико-электронным комплексом «Окно» системы контроля космического пространства, способным обнаруживать космические объекты на высотах до 40 тыс. км.

Цепочку российских военных баз в этой части мира замыкают Тартус и Хмеймим, расположенные на территории Сирии и позволяющие России оказывать влияние на развитие геополитической обстановки в регионе Большого Ближнего Востока и восточного Средиземноморья. Особенно большую важность для российских ВС, а точнее – для ВМФ, имеет Тартус – единственная точка на карте Средиземного моря и в его окрестностях, где российские боевые корабли в ходе совершения дальних походов в Атлантику и Индийский океан могут всегда и беспрепятственно пополнить запас топлива и провизии, а также выполнить необходимый ремонт. После утраты всех баз и пунктов базирования, имевшихся у Москвы в странах Северной Африки и Аравийского полуострова, Тартус приобретает для нашего флота поистине стратегическое значение.

Не случайно именно в этот район была отправлена 15 октября 2016 г. корабельная авианосная группа ВМФ РФ в составе тяжелого авианесущего крейсера «Адмирал Кузнецов», тяжелого атомного ракетного крейсера «Петр Великий», больших противолодочных кораблей «Североморск» и «Вице-адмирал Кулаков», а также судов обеспечения. «Цель похода – обеспечение военно-морского присутствия в оперативно важных районах Мирового океана», – сообщили в пресс-службе Северного флота ВМФ РФ, указав, что во время похода особое внимание будет уделено обеспечению безопасности морского судоходства и других видов морской экономической деятельности России, а также реагированию на новые виды современных угроз – пиратство и международный терроризм. Запланированы также совместные учения с кораблями других флотов ВМФ России, в частности, из Средиземного моря навстречу группе «Кузнецова» идут малые ракетные корабли «Зеленый Дол» и «Серпухов», вооруженные ракетной системой «Калибр-НК», в составе боевых средств которой – высокоточные крылатые ракеты, способные поражать любые цели на стратегической дальности и уже доказавшие свой высокий боевой потенциал в рамках военной операции ВС РФ в Сирии.

Наличие пункта МТО в Тартусе позволяет избежать необходимости заправки наших кораблей прямо в море во время дальних походов.

Особо подчеркнем, что все перечисленные выше российские военные базы служат гарантом обеспечения независимости этих государств и позволят не допустить агрессии извне любого противника.

Ряд других объектов военного назначения, расположенных за пределами границ России, используется в интересах имеющей жизненно важное для безопасности нашей страны системы предупреждения о ракетном нападении или в целях обеспечения деятельности тех или иных видов ВС России или проведения испытаний того или иного вида вооружений, военной и специальной техники.

В частности, в Белоруссии располагаются РЛС «Волга» системы СПРН, позволяющая обнаруживать пуски и сопровождать межконтинентальные баллистические ракеты на северо-западном ракетоопасном направлении, а также 43-й узел связи ВМФ «Вилейка», обеспечивающий ГШ ВМФ РФ устойчивую связь с несущими боевое дежурство подводными лодками. На территории Казахстана расположен целый ряд объектов, используемых в военных и гражданских (мирный космос) целях, включая знаменитый Байконур, а также несколько полигонов, привлекаемых к испытаниям ракетного вооружения различного типа. А на территории Приднестровья, как известно, российские военные охраняют оставшиеся здесь склады вооружения, военной техники, боеприпасов и снаряжения, принадлежавшие ранее 14-й армии. Охрану данных складов несут около 1500 российских военнослужащих.

Следует также упомянуть, что с несколькими странами Москва имеет соглашения о возможности использования их инфраструктуры для решения задач материально-технического обеспечения своих боевых кораблей и самолетов в ходе решения ими задач в удалении от мест постоянной дислокации. Так, по соглашению от 2014 г., российские боевые корабли имеют возможность использовать в упрощенном порядке для означенных целей вьетнамский порт Камрань, а самолеты-заправщики Ил-78 – осуществлять на расположенном здесь же аэродроме посадку и техобслуживание.

В целом существующая на сегодня сеть военных баз, пунктов базирования (МТО) и отдельных объектов военного назначения позволяет ВС России решать возложенные на них задачи по обеспечению национальной безопасности в данных регионах, а также задачи, связанные с обеспечением эффективной деятельности тех или иных видов и родов войск ВС РФ. При этом данная сеть баз не может считаться завершенной в своем формировании. Принимая во внимание последние серьезные изменения в международной военно-политической обстановке, она может быть расширена как за счет наращивания российского военного присутствия в уже означенных регионах, так и за счет получения доступа к объектам военной инфраструктуры или же возможности создания новых военных баз в других районах мира.

ЗАДАЧА НА ПЕРСПЕКТИВУ

Однако расширение сети зарубежных военных баз ВС РФ ни в коем случае не должно стать самоцелью, не учитывающей имеющиеся национальные интересы России, стоящие перед Вооруженными Силами задачи и финансово-эконмические возможности государства. Кроме того, необходимо учитывать и достаточно серьезные изменения, произошедшие в разных регионах мира в последнее время. Подтверждением того, что Москва не сможет решить задачу расширения своего военного присутствия за границей путем простого восстановления советских баз, служит ситуация с Вьетнамом, рассмотренная нами в самом начале материала. Нельзя с уверенностью сказать и о том, что наше предложение восстановить радиоэлектронный центр или создать новые военные объекты будет положительно встречено на Кубе, учитывая желание последней нормализовать отношения с Соединенными Штатами в сфере политики, экономики и туризма. Будем честны – в сегодняшней ситуации мы не сможем предложить Гаване адекватную замену тем эконмическим «пряникам», которые Вашингтон сулит ей в обозримом будущем в случае полной отмены санкционного режима. Впрочем, даже в отношениях с Белоруссией могут быть проблемы – вспомним риторику белорусских лидеров в отношении вопроса о создании отдельной российской авиабазы на территории этой страны. «Между Россией и Беларусью военно-техническое и оборонное сотрудничество находится на высочайшем уровне. Но при всем при этом нет договора о размещении в Беларуси российских военных баз, – заявил по этому поводу посол России в Белоруссии Александр Суриков. – Все остальное – это домыслы и желание некоторых сил столкнуть Беларусь и Россию лбами на эту тему».

Военные базы Тартус и Хмеймим позволяют России оказывать влияние на развитие геополитической обстановки на Ближнем Востоке и в Средиземноморье.

С другой стороны, военное присутствие (базирование) вне границ национальной территории может иметь разные формы. Это могут быть и классические военно-морские или авиационные базы; места дислокации (базы) сухопутных войск; стартовые позиции или комплексы подразделений ракетных войск и артиллерии; объекты инфраструктуры для обеспечения деятельности космических сил (войск); различные пункты или центры управления и/или связи, а также разведки и/или радиоперехвата; объекты для использования в интересах разработки и испытания различных видов вооружения и военной техники, а также пункты материально-технического обеспечения или склады вооружения, военной и специальной техники, снаряжения и различных припасов для обеспечения текущей деятельности национальных и союзных вооруженных сил или на случай войны.

Возможны и различные формы сотрудничества между государством, имеющим необходимость в использовании в своих целях объектов военного назначения на зарубежной территории, и государством, дающим разрешение на это. Так, уже упоминавшийся ранее Роберт Харкави в своем фундаментальном исследовании «Зарубежные базы: глобальное иностранное военное присутствие» выделяет следующие варианты:

  • военные базы (пункты базирования, объекты военного назначения), расположенные в колониях, зависимых и подмандатных территориях, где страна-обладатель этих баз имеет безусловное влияние, а местное образование не обладает суверенитетом;

  • военные базы, размещенные в анклавах, находящихся, с одной стороны, в границах национальной территории другого государства, но на которые, с другой стороны, распространяется национальный суверенитет государства-обладателя таких баз;

  • военные базы, пункты базирования или отдельные объекты военного назначения, расположенные на территории соответствующих по предназначению военных объектов другой страны и эксплуатируемые в соответствии с определенными двусторонними соглашениями;

  • военные объекты различного назначения, строительство и эксплуатация которых осуществляется вооруженными силами нескольких стран-членов военно-политического блока, альянса и т.п. (например, военные базы на территории стран-членов НАТО, доступные для использования вооруженными силами других членов альянса);

  • военные объекты различного назначения, которые возведены и финансируются зарубежным государством, но находятся в оперативном управлении «принимающего» государства, осуществляемом в интересах упомянутого зарубежного государства, либо аналогичные объекты, но возведенные и финансируемые в полном объеме «принимающим» государством;

  • объекты военной инфраструктуры, а также базы, пункты базирования и иные объекты военного назначения, доступ к эксплуатации которых на временной или постоянной основе разрешен той или иной зарубежной стране;

  • военное присутствие, осуществляемое по запросу «принимающего» государства в целях обеспечения защиты последнего или организации подготовки личного состава его вооруженных сил и пр.


Впрочем, следует подчеркнуть, что в реальности формы военного сотрудничества в данной сфере бывают более разнообразными и комплексными. Так, например, Соединенные Штаты достаточно часто используют в качестве «бонуса» оказание крупной военной помощи тому государству, на территории которого они размещают или собираются разместить свои военные объекты. Именно по такой схеме Пентагон размещал свои военные объекты на территории Греции, Испании, Португалии, Турции и Филиппин. Этим же приемом в годы «холодной войны» пользовался и СССР, используя помимо безвозмездных (или по льготным ценам) поставок вооружений также такие инструменты, как сотрудничество по линии разведки и спецслужб; экономическая помощь, включая взаимодействие в строительстве и в сфере мирного атома и т.п.

Вполне возможно, что российское военно-политическое руководство, российская дипломатия найдут те варианты действий, которые позволят использовать весь имеющийся у России потенциал для расширения зоны своего влияния в мире.

Tags: Предварительное будущее, Предвоенное, в часы самоподготовки, военная география, геополитика, государственное рейдерство, государственное управление
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments